Loading...

This article is published under a Creative Commons license, not by the author of the article. So if you find any inaccuracies, you can correct them by updating the article.

Loading...

Методологические проблемы фундаментальных и прикладных психологических исследований Creative Commons

Link for citation this article Add this article in bookmark list
Зинченко Юрий Петрович Профессор, академик РАО. Доктор психологических наук. Декан факультета психологии МГУ, заведующий кафедрой методологии психологии, Президент РПО. Директор ПИ РАО. Главный редактор ведущих научных журналов по психологии «Вестник Московского университета. Серия 14. Психология», «Российский психологический журнал», «Национальный психологический журнал», ежегодника «Psychology in Russia», член редколлегии журналов «Методология и история психологии», «Психология и естествознание», «Психология и социальные науки», «Cognitive Science», «Вестник практической психологии образования», «Юридическая психология», «Мир психологии», «Вестник Южно-Уральского государственного университета. Серия «Психология», «Сибирский психологический журнал», ответственный секретарь серии «Классический университетский учебник МГУ», член научно-редакционного совета НПО «Экономика», член Редакционно-издательского совета Российской академии образования.
Национальный психологический журнал, Journal Year: 2011, Volume and Issue: №1, P. 42 - 49

Published: Jan. 1, 2011

This article is published under the license License

Loading...
Link for citation this article Related Articles

Abstract

Рассматривается научно-исследовательская деятельность факультета психологии МГУ имени М.В. Ломоносова, которая представляет собой постоянное развитие новых подходов, базирующихся на классических теориях мировой и отечественной психологии. Анализируется развитие методологии психологических исследований как условие осмысления накопленных знаний и познания нового.

Keywords

Методологические проблемы психологии, системная организация психологических исследований

2 февраля 2011 года на факультете психологии МГУ имени М.В. Ломоносо­ва прошло заседание Бюро Отделения психологии и возрастной физиологии Российской академии образования, посвященное разработке новых подходов к методологическому анализу психоло­гического знания и повышению каче­ства научных исследований по психоло­гии. Члены Бюро Отделения заслушали сообщение члена-корреспондента РАО, доктора психологических наук, про­фессора, заведующего кафедрой мето­дологии психологии, декана факульте­та психологии МГУ имени М.В. Ломо­носова Юрия Петровича Зинченко «Методологические проблемы фунда­ментальных и прикладных психологи­ческих исследований», которое после обсуждения решено было одобрить и рассматривать как систему методо­логических ориентиров развития пси­хологических и психолого-педагогических исследований.



В настоящее время научно-иссле­довательская деятельность на факуль­тете психологии Московского универ­ситета представляет собой постоянное развитие как новых подходов, базирующихся на классических теориях ми­ровой и отечественной психологии и призванных объединять и интегриро­вать в рамках единых специализиро­ванных систем психологические свойства, функции, механизмы, явления, закономерности и т. п., так и развитие методологии психологических иссле­дований как условия осмысления на­копленных знаний и познания ново­го. Совершенствование системной организации научных психологичес­ких знаний вносит ощутимый и весо­мый вклад в построение общенаучной картины мира.


Актуальность


Несмотря на более чем вековой путь, который прошла психология как наука в позитивистском понимании, проблема поиска ее методологических основ не утратила и сегодня своей актуальности. С самого своего основа­ния и становления отечественная пси­хология отличалась тем, что методоло­гическому обоснованию конкретного исследования отводилось важнейшее место в его организации, проведении и анализе результатов. Неслучайно ча­сто возникает смешение понятий при обсуждении методологии в понима­нии западной психологии, когда речь идет не более чем о совокупности ме­тодов, конкретных методик и техник, применяемых в исследовании, и в по­нимании отечественной психологи­ческой школы, когда методология рассматривается как общая система принципов построения исследования, реализуемых на всех этапах его осуще­ствления.


В то же время современная запад­ная философская мысль является пло­дотворной основой для развития гума­нитарной науки, в том числе психоло­гии. В центре трудов таких ученых, как Т. Кун, П. Фейерабенд, Д. Деннет, Ч. Тэйлор, М. Брюнге, Дж. Райдер, К. Поппер, Р. Рорти, В. Куайн и др., находятся закономерности развития науки, условия возникновения новых теорий, смены парадигм, способа на­учного мышления, дается критика прежних методологических стандар­тов науки. Специфика психологии как науки состоит в том, что она интерпре­тирует не только окружающую среду, но и самого человека, его действия и представления. Для того чтобы дать удовлетворительное представление о социальных системах, необходимо принять во внимание те переменные, которым сами индивиды придают зна­чение в процессе интерпретации ок­ружающей среды. Этот принцип изве­стный канадский психолог Ч. Тэйлор назвал «принципом лучшего расчета».


В современной России работы та­ких крупных философов, как В.С. Сте­пин, А.А. Гусейнов, В.А. Лекторский, Т.И. Ойзерман, оказали огромное вли­яние на развитие философской про­блематики и внесли важнейший вклад в разработку основ философской ме­тодологии для гуманитарных наук, в том числе для психологии.


Разработанность


В отечественной психологии сфор­мировалась традиция реализации ис­следовательских работ с опорой на из­вестную схему выделения четырех уровней методологии: 1) философско­го, 2) общенаучного, 3) конкретно-на­учного, 4) уровня методик и техник ис­следования (Юдин Э.Г., 1978; Зинчен­ко В.П., Смирнов С.Д., 1983). Ни одно психологическое исследование не осу­ществлялось без его соотнесения с це­лостной системой научного знания. В период, когда марксистскую методо­логию стало модным не замечать, и она перестала быть обязательной ос­новой любого исследования, у психо­логов появились возможности для употребления новых методологичес­ких оснований теоретических и экспе­риментальных исследований. А к чему это привело?


В настоящее время отсутствие же­стко заданной методологической ос­новы, возможность широкого доступа к зарубежным источникам, развитие новых технологий привели к существенному расширению спектра ис­следований, что, несомненно, являет­ся большим плюсом для экстенсивно­го приумножения психологического знания. Больше чем когда бы то ни было состояние психологии характе­ризуется многоголосием подходов, направлений, теорий, не говоря уже о конкретных методах и методиках. В то же время, зачастую в исследованиях, в том числе и диссертационных, реа­лизуется только четвертый уровень методологии, уровень конкретных методик и техник. Подобные исследова­ния, замыкаясь на поиске частных вза­имосвязей между явлениями и объек­тами, в силу их разрозненности часто оказываются не способными внести какой-либо вклад ни в конкретную науку, ни в общенаучную картину мира, пополняя лишь банк найденных корреляций между теми или иными феноменами, которые затем опровер­гаются последующими исследования­ми. В условиях расширившихся воз­можностей, позволивших обратиться к разнообразным направлениям и те­чениям и принять их в качестве осно­вы для проведения исследований и экспериментов, необходимо искать новые методологические принципы построения психологического знания. Еще в 1927 году Л.С. Выготский в методологическом исследовании «Исто­рический смысл психологического кризиса» отмечал, что психологии нужна своя методология, которая со­ответствует предмету науки и области исследования, для создания которой необходимо вскрыть сущность данной области явлений, законов их измене­ния, качественную и количественную характеристику, причинность, создать свойственные им категории и поня­тия, в которых она могла бы выразить, описать и изучить свой объект.


Отечественная психология богата примерами таких попыток. Одним из ярких примеров является предложен­ная психологической науке А.Н. Леон­тьевым теория деятельности, которая ассимилировала и переработала до­стижения и опыт мировой психоло­гии и внесла в нее новое слово. Необ­ходимо упомянуть нейропсихологический подход А.Р Лурии, теорию деятельности С.Л. Рубинштейна, те­орию формирования умственных действий П.Я. Гальперина, антропологический подход в школе Б.Г. Ана­ньева, концепцию Л.М. Веккера, тео­рию установки Д.Н. Узнадзе и др.


Необходимо отметить, что среди молодого поколения российских пси­хологов интерес к классикам отече­ственной психологии существенно упал, тогда как в западной психологии (Дж. Верч, М. Коул, Э. Гольдберг, И. Кло, М. Броссар и др.) отечествен­ные теории и подходы обретают свое второе рождение (например, культур­но-исторический подход Л.С. Выгот­ского, нейропсихологическая теория А.Р. Лурии, теории деятельности А.Н. Леонтьева и С.Л. Рубинштейна, работы которых переведены на многие языки мира).



В настоящее время достаточно вы­сок интерес к методологическим во­просам развития науки вообще, в том числе, науки о человеке. К сожалению, этот интерес более продуктивен среди философов и методологов естествен­ных наук и менее ощутим среди пси­хологов.


Несмотря на обилие исследований, направлений, течений и подходов, имеющихся в современной психоло­гии, она и на современном этапе сво­его развития характеризуется отсут­ствием единого представления о том, что составляет ее предмет и, следова­тельно, каким должен быть метод (методы) его изучения.


Попытки классификации научных подходов предпринимаются выдающи­мися философами современности с целью предоставить конкретным на­укам возможности для более точного определения своего места в системе наук в меняющемся мире и для разви­тия как теоретических оснований, так и практического применения результа­тов исследований. Существует целый ряд таких типологий и классификаций. Ч. Тэйлор, например, осуществивший глубокое историко-философское ис­следование, различает две традиции в истории науки, одна из которых сво­дится к редукционизму, механицизму, материализму, атомизму и позитивиз­му, тогда как другая, восходящая к Монтескье, относится с почтением к разнообразию жизненных форм, обес­покоена человеческой сущностью и имеет тенденцию связывать прогресс науки с определенным направлением жизни общества. Все неудачи совре­менности Тэйлор вменяет в вину пер­вой из тенденций и «освобождает от ответственности» за них вторую.


В последнее время в психологии, вслед за философией, стало популяр­ным противопоставление классичес­кой и неклассической науке понятия «пост-неклассическая наука», характе­ризующего, по мнению ряда ученых, современное состояние науки в целом (И. Пригожин, В.С. Степин, А.В. Юревич, Ж.Ф. Лиотар). И. Пригожин по­казывает неполноту классической на­учной картины мира, в которой царит тотальный детерминизм и причин­ность с ее единственной моделью действительности, и квантово-релятиви­стское неклассическое естествознание и выступает за постнеклассическое научное и художественное творчество как систему с низким коэффициентом вероятности, которая соответствует современному образу мира как сово­купности нелинейных процессов. Сам статус научного познания изменяется в контексте постмодернистской куль­туры и постиндустриального общества (Ж.Ф. Лиотар). Специфика постнеклассической науки состоит в том, что она дает простор для междисципли­нарных исследований; на первый план выходит плюрализм, возможность раз­ногласий, неопределенность, пара­доксальность и т. д.


Тем более представляется важным разобраться с неологизмами, которые постепенно становятся и частью обще­психологического дискурса, и найти их продуктивное начало для прираще­ния современного психологического знания. Внутри-психологическая реф­лексия формирования современного научного психологического поля явля­ется, на наш взгляд, интересной и методологически продуктивной.


В становлении психологии, как и в развитии других наук, представля­ется оправданным выделение класси­ческого, неклассического и пост-неклассического этапов. Кроме того, для психологии характерен достаточно длительный период, который можно охарактеризовать как доклассический, когда она не выделялась в самостоя­тельную науку, но формировалась в рамках, с одной стороны, философс­кого знания, с другой, внутри биоло­гической науки. Это определило в дальнейшем ее особое место в научном ландшафте — на стыке естественного и гуманитарного поля наук — и в ка­кой-то степени стало источником це­лого комплекса проблем современной психологии, связанных с определени­ем ее предмета и поиском адекватных методов исследования.


Несмотря на то, что психология относится к достаточно молодым на­укам, она прошла довольно длитель­ный путь. Как заметил немецкий пси­холог Г. Эббингауз, у психологии боль­шое прошлое, но короткая история. Это относится и к российской психо­логии. Хотя факультет психологии в МГУ ведет отсчет с 1966 года, Москов­ское психологическое общество при Московском университете было созда­но уже в 1885 году с целью объединить все научные силы для разработки пу­тей развития психологических иссле­дований и распространения психоло­гического знания в России. Известные представители биологии, физиоло­гии, медицины, социологии, права (К.Ф. Рулье, И.М. Сеченов, В.И. Вер­надский, В.П. Сербский, П.Б. Ган­нушкин и др.) посчитали необходи­мым выделить психологию в отдель­ную отрасль российской науки и внесли свой вклад в ее становление.


При переходе от классической на­уки к неклассической и затем к пост- неклассической меняются научные картины мира, ее идеалы и нормы и философско-мировоззренческие основания, специфика которых и дает основания для выделения критериев типа научного знания: 1) особеннос­ти системной организации исследуе­мых объектов и типов картины мира; 2) особенности средств и операций де­ятельности, представленных идеалами и нормами науки; 3) особенности цен­ностно-целевых ориентаций субъекта деятельности и рефлексии над ними, выраженные в специфике философс­ко-мировоззренческих оснований на­уки (В.С. Степин).


Для изучения объектов, представ­ляющих собой простые системы, клас­сическая наука является достаточной; неклассическая наука осваивает слож­ные саморегулирующиеся системы, пост-неклассическая — сложные саморазвивающиеся системы. Каждый из этих типов объектов соответствует определенным конкретно-научным картинам мира и общенаучной карти­не мира, которыми задается видение предмета научного исследования.


Каждый тип объектов исследова­ния предполагает соответствующую ему схему метода познавательной де­ятельности, выраженной в особом по­нимании идеалов и норм исследова­ния, связанных с объяснением, опи­санием, обоснованием и построением научного знания. Идеалы и нормы претерпевают существенные измене­ния при переходе от классической на­уки к неклассической и пост-неклассической.


Ценностно-целевые структуры субъекта деятельности имеют двойную детерминацию: с одной стороны, они должны соответствовать типу объекта, знание о котором должна выработать наука, относящаяся к соответствую­щей исторической эпохе, а с другой — соответствовать принятым в культуре этой эпохи доминирующим ценнос­тям. Разные типы системных объектов требуют различного уровня рефлексии над ценностно-целевыми структурами деятельности, которые включены в комплекс философско-мировоззрен­ческих оснований науки. Смена типов рефлексии выражается в соответству­ющих изменениях философско-миро­воззренческих оснований науки.


На каждом этапе развития науки видение предмета исследования ре­презентировано системой конкретно­-научных картин мира и общенаучной картины мира, которая задает обоб­щенное представление о неживой и живой природе, обществе и человеке.


Попытаемся проанализировать развитие психологии и ее современное состояние с точки зрения ее соответ­ствия классическому, неклассическо­му и пост-неклассическому типам на­уки. Необходимо отметить, что типо­логия научного мировоззрения, хотя и отражает направление развития науки, в то же время не является жестко при­вязанной к хронологическим рамкам. Таким образом, возможно одновре­менное сосуществование различных типов знания, и, например, основы пост-неклассической науки могут фор­мироваться в отдельных науках гораз­до раньше, чем это мировоззрение по­лучит признание или широкое распро­странение.


Современное состояние и перспективы изучения проблемы


Классическая наука изучает объек­ты, организованные как простые си­стемы. На идеалах классической на­уки основывается психология созна­ния В. Вундта, теория высшей нервной деятельности И.П. Павлова, психоло­гия памяти Г. Эббингауза и т. д. Клас­сические системы психологии появи­лись в конце XIX и развивались до 50-х — 60-х гг. XX века, представляя собой реакцию на многовековые проблемы и интерпретируя свои наблюдения в терминах ощущений, разума, созна­ния, промежуточных переменных. При этом она достигла значительного прогресса самих методов наблюдения.


Центральной фигурой экспери­ментальной психологии классическо­го типа является В. Вундт, согласно «физиологической психологии» кото­рого как психическое, так и физичес­кое подчиняются законам причинно­сти. Законы разума при этом являют­ся психическими, а не физическими, а экспериментальные процедуры при­званы раскрыть эти психические принципы. Хотя В. Вундт отрицал воз­можность сведения психологии к фи­зиологии и считал, что изучает нередуцируемое сознание, для изучения сознания он использовал методы фи­зиологии. В связи с тем, что психичес­кие феномены не были напрямую до­ступны при таком экспериментальном методе, В. Вундт настаивал на том, что он изучает лишь внешние проявления сознания, считая, что психические феномены не могут стать объектом экспериментирования, и являясь, та­ким образом, продолжателем тради­ции дуализма «душа — тело».


Как известно, в механической кар­тине мира объекты представляются как простые системы, свойства кото­рых однозначно определяются свой­ствами составляющих ее элементов. Сами же элементы вне системы и внутри нее обладают одними и теми же свойствами. Ярким примером такого понимания является структурализм Э. Титченера, ученика В. Вундта, ко­торый полагал, что сознание состоит из сложных содержаний, представля­ющих собой совокупности простых идей и ощущений. Основываясь на идеях английского эмпиризма, соглас­но которым законами разума являют­ся законы ассоциации ощущений, он поставил задачу использования экспе­риментальных процедур с целью обна­ружения элементарных ощущений, из которых и состоит сознание. В этих теориях причинность сводится к лапласовской детерминации, а вещь рас­сматривается как нечто первичное по отношению к процессу, который пред­ставляет собой взаимодействие кор­пускул и тел. Рассмотрение и освоение объектов исследования как простых систем находит свое отражение в со­ответствующей категориальной сетке механистической картины мира: часть и целое, вещь и процесс, взаимодей­ствие и причинность, пространство и время.


Лишь постепенно психологи нача­ли обращаться к описательному мето­ду обработки получаемых данных, принятому в других науках. Это про­явилось в классических исследовани­ях памяти Г. Эббингауза, к безуслов­ным заслугам которого в развитии на­уки относятся введение психологии в круг экспериментальных дисциплин, изучающих «высшие психические про­цессы», математическая точность его исследований и внедрение, хотя и про­стейших, методов статистического ана­лиза в психологию. В то же время, он способствовал использованию в психологии механистической методологии, заимствованной из физических наук. Отбросив менталистские конструкты, радикальный бихевиоризм впал в дру­гую крайность — механицизм.


Постепенно при столкновении с изучением более сложных объектов начала обнаруживаться неадекватность применения по отношению к ним сло­жившейся категориальной сетки, соответствующей простым системам. На­копленные психологией фактические данные не укладывались больше в уз­кие рамки существовавших представ­лений, и при попытках объяснения но­вых фактов возникали парадоксы.


Методы лабораторных экспери­ментов и статистический анализ тра­диционной психологии были заим­ствованы, главным образом, из био­логии и физики. На момент своего признания психология была уникаль­ной областью знания в том смысле, что ее институционализация предшество­вала оформлению содержания, а ис­пользуемые методы предшествовали формированию проблематики. Мно­гочисленные исследования и господ­ствующие методы зачастую не приво­дили к большому прогрессу.


Функционализм и бихевиоризм выступили против исходных положе­ний структурализма, представители которого не смогли дать достойного ответа своим оппонентам, что приве­ло к его дискредитации и, таким обра­зом, к смене научной парадигмы в психологии.


Неклассическое мировоззрение, уко­ренившееся в науке, стало ответом на то, что характеристики объектов боль­ше не укладывались в рамки представ­лений о механических системах. Ока­залось также, что классическое пони­мание причинности как лапласовского детерминизма является недостаточным для описания нового типа процессов и должно быть дополнено вероятностной причинностью. В центре внимания на­уки в качестве объектов исследования оказались сложные системы, фунда­ментальной характеристикой которых является наличие системных качеств целого, несводимых к свойствам обра­зующих их элементов. Таким образом, категории части и целого также обрели новые смыслы: целое не только не за­висит от свойств составляющих частей, но и определяет эти свойства. Новые представления о причинности, измене­ния в категориальных смыслах, не укладывающиеся в рамки представле­ний о простых системах, требовали но­вого объяснения и новых методов ис­следования.


Большой вклад в развитие неклас­сической науки, в том числе в разви­тие психологии, внесли общая теория систем Л. фон Берталанфи и киберне­тика. В середине XX века, с развитием кибернетики и освоением сложных технических систем, возникли новые паттерны — образы самоорганизую­щихся автоматов. Кибернетическая парадигма выявляла аналогии между ними и функционированием биологи­ческих и социальных систем. Все это способствовало перестройке научных картин мира. Как подчеркивал один из создателей кибернетики Н. Винер, прежнее видение мира как механичес­кой системы должно уступить место новому.


Благодаря разработке идей кибер­нетики и развитию теории систем вы­являлись особенности сложных са­морегулирующихся систем и их прин­ципиальное отличие от простых систем: они включали в себя подсис­темы со стохастическим взаимодей­ствием элементов. В этих системах функционально выделен блок обра­ботки информации и управления, осу­ществляемого на основе прямых и об­ратных связей. Система воспроизво­дится по принципу саморегуляции, которая обеспечивает сохранение не­большого набора системных парамет­ров, определяющих ее целостность.


К этому типу науки в психологии можно отнести тестологию (А. Бине, Л. Термен), концепцию Н.А. Бернш­тейна, нейропсихологию А.Р. Лурии, теорию деятельности А.Н. Леонтьева и др. Например, концепция физиоло­гии активности, созданная Н.А. Бер­нштейном на основе глубокого теоретического и эмпирического анализа естественных движений человека в норме и патологии (после ранений и травм) с использованием разработан­ных им новых методов их регистрации, послужила основой для глубокого по­нимания целевой детерминации чело­веческого поведения, механизмов формирования двигательных навы­ков, уровней построения движений в норме и их коррекции при патологии. В его работах получило свое обосно­вание решение психофизиологической проблемы с использованием со­временных ему достижений физиологической науки, а также отдельных идей кибернетики.


При рассмотрении сложных систем трансформируется категория причин­ности. К лапласовской детерминации добавляется вероятностная причин­ность, а в процессах саморегуляции сложных систем констатация обрат­ных связей, приводящих к воздей­ствию следствия на порождающую его причину, способствует возникнове­нию «циклической причинности».


Идеи открытости и процессуальности сложных системных объектов на­шли свою дальнейшую разработку в 60—80-х годах XX века в так называе­мых концепциях кибернетики второ­го порядка. В них особое внимание уделяется взаимодействиям открытой системы и среды и операциям, кото­рые обеспечивают воспроизводство системы. Все трансформации дисцип­линарных онтологий и общенаучной картины мира были характерны для неклассической науки. Дальнейшее развитие таких представлений потре­бовало учета фактора эволюции, наи­более очевидное по отношению к био­логическим и социальным системам.


Для постнеклассической науки ха­рактерен переход от феноменологи­ческого описания эволюции к ее структурному описанию, переход от видения объектов исследования как саморегулирующихся систем к их ви­дению в качестве более сложных, саморазвивающихся систем, которым присуща иерархия уровневой органи­зации элементов и способность по­рождать новые уровни, оказывающие обратное воздействие на ранее сло­жившиеся, формируя новые, относи­тельно самостоятельные подсистемы. Такая система на каждом этапе разви­тия сохраняет свою открытость и об­мен с внешней средой. На определен­ных этапах — фазовых переходах — прежняя организованность наруша­ется, рвутся внутренние связи систе­мы, и она вступает в полосу динамического хаоса. На этапах фазовых пе­реходов имеется спектр возможных направлений развития системы. В некоторых из них возможно упроще­ние системы, ее разрушение и гибель в качестве сложной самоорганизации. Но возможны и сценарии возникно­вения новых уровней организации, переводящие систему в качественно новое состояние саморазвития. Как отмечает И. Пригожин, «мы живем в эволюционирующем мире, корни ко­торого, восходящие к фундаментальным законам физики, мы можем ныне идентифицировать с помощью поня­тия нестабильности, связанного с де­терминистским хаосом и неинтегрируемостью».


В сложных саморегулирующихся системах появляется новое понимание объектов как процессов взаимодей­ствия. Представление о сложных сис­темах как процессах постоянного об­мена веществом, энергией и информа­цией с внешней средой, благодаря которым система воспроизводится в качестве своеобразного инварианта в меняющихся взаимодействиях, необходимо, но уже недостаточно. Такого рода системы рассматриваются как саморазвивающиеся, так как в них осуществляется процесс перехода от одного типа саморегуляции к другому. Сегодня развитие науки и технологии связано, в первую очередь, с освоени­ем сложных саморазвивающихся сис­тем, к которым относятся биологичес­кие объекты, объекты современных нано- и биотехнологий, сложные ком­пьютерные сети, интернет, а также все социальные объекты, рассмотренные с учетом их исторического развития.


В психологии наиболее близка к этому типу научных подходов культур­но-историческая теория Л.С. Выготс­кого, его представления о системном и смысловом строении сознания, несводимости высших психических фун­кций человека к совокупности элемен­тарных функций психики. Его постановка проблемы локализации высших психических функций дает наглядный пример несводимости целого к его ча­стям: «Нельзя представить себе, что новые функции в отношении локали­зации и сложности связи с мозговыми участками имеют такое же построение, такую же организацию целого и час­ти, как, например, функция коленно­го рефлекса. Поэтому есть все основа­ния думать, что плодотворная сфера для исследования как раз лежит в об­ласти тех специфических, очень слож­ных динамических отношений, кото­рые позволяют составить хотя бы са­мые грубые представления о действительной сложности и своеоб­разии высших психических функций».



Освоение саморазвивающихся си­стем предполагает расширение смыс­лов категории причинности, в первую очередь, связанных с представления­ми о превращении возможности в действительность, и о целевой при­чинности. Целевая причинность вво­дит новые смыслы в понимание веро­ятностных процессов и вероятностной причинности. В ходе развития меня­ется мера вероятности события. То, что представлялось маловероятным в на­чальном состоянии развития, может стать более вероятным при формиро­вании новых уровней организации. В связи с изменением характера причин­ных связей приобретает новый смысл понятие циклической причинности. В этой связи необходимо уделять особое внимание развитию качественных ме­тодов исследования и анализа, тради­ции, идущей от феноменологии Гус­серля и получившей свое продолжение в работах Сартра, Мерло-Понти и др. В современной науке эта традиция на­шла свое отражение в феноменологи­ческой психологии А. Джорджи, ин­терпретативном феноменологическом анализе В. Итоу и Дж. Смита, мето­де неторопливых обобщений К. Кармаз и К. Хенвуд, подходе К. Виллик. Именно применение качественных методов приводит к уточнению поня­тий и категорий, прояснению концеп­туальных основ. Категориальная мат­рица понимания и осмысления саморазвивающихся систем очерчивает пути синтеза достижений естествен­ных, технических и социально-гума­нитарных наук в рамках рассмотрения общенаучной картины мира с учетом возникновения в них новых направле­ний, подходов и течений.


Ситуация в современной психоло­гии является наглядным примером дифференциации научного знания, включения в его систему новых подси­стем, выделения новых направлений. Это отражает и меняющаяся в соответ­ствии с новой системой научного зна­ния структура факультета психологии МГУ имени М.В. Ломоносова. Если долгое время факультет включал в себя только 5 кафедр, работающих по основным научным направлениям, то в настоящее время на факультете психологии 12 кафедр, 5 научных лабора­торий, 4 научно-практических центра. Кафедры: общей психологии, психоло­гии личности, социальной психоло­гии, нейро- и патопсихологии, психо­логии труда и инженерной психоло­гии, психофизиологии, возрастной психологии, психологии образования и педагогики, методологии психоло­гии, психогенетики, экстремальной психологии и психологической помо­щи, психологии языка и преподавания иностранных языков. Научные лабора­тории: психологии профессий и кон­фликта, нейропсихологии, психоло­гии труда, психологии восприятия, психологии общения. Центры: Центр переподготовки научных и преподава­тельских кадров МГУ по психологии;


Центр психологической помощи; Центр психологического и профори­ентационного тестирования «Гумани­тарные технологии»; Учебный центр по переподготовке работников вузов в области психолого-педагогических основ учебного процесса в высшей школе.


Деятельность факультета получает высокую оценку со стороны научного сообщества, и целый ряд направлений поддерживается как государственны­ми, так и неправительственными организациями. Благодаря этой поддерж­ке стала возможной реализация цело­го ряда научных исследований и практических разработок сотрудника­ми факультета. За последние годы осуществлен ряд крупных проектов, име­ющих высокую научную и социальную значимость, среди которых: Грант Президента Российской Федерации для государственной поддержки веду­щих научных школ Российской Феде­рации (2010); Формирование системы инновационного образования в МГУ имени М.В. Ломоносова в области психологии (Министерство образова­ния и науки РФ, Приоритетный наци­ональный проект «Образование», 2007—2008); Методологические осно­вы использования виртуальной реаль­ности в психологии (РФФИ, 2009— 2011); Разработка инновационных ме­тодов научно-исследовательской, образовательной и практической деятельности психолога с применением технологий виртуальной реальности (ФЦП «Научные и научно-педагоги­ческие кадры инновационной России» на 2009—2013 гг.», 2009—2011); Разработка инновационных методов психо­логической работы со спортсменами (ФЦП «Научные и научно-педагоги­ческие кадры инновационной России» на 2009—2013 гг.», 2009—2011); Психологические методы и модели повыше­ния эффективности антитеррористических мероприятий в изменяющейся России (РГНФ, 2006—2008); Психоло­гия здоровья: инновации в науке, об­разовании и практике (Общероссийс­кая общественная организация «Лига здоровья нации», 2007); Первый от­крытый Всероссийский студенческий конкурс социальной рекламы и соци­альных проектов «Россия без табака» (Администрация Президента Россий­ской Федерации, 2009); Методологи­ческие проблемы применения совре­менных информационных технологий в области психологии безопасности (ФЦП «Научные и научно-педагогичес­кие кадры инновационной России» на 2009—2013 гг.», 2010—2012); Executive functions in preterm born children: cognitive, neuronal and behavioural aspects (Исполнительные функции у преждевременно родившихся детей: когнитивные, нейронные и поведен­ческие аспекты) (Switzerland-Russia S&T Cooperation Programme, 2010— 2011); Оказание услуг по повышению квалификации федеральных государственных гражданских служащих высшей группы должностей феде­ральной государственной гражданс­кой службы категории «руководите­ли» (Программа «Психология государственной службы» Министерства здравоохранения и социального раз­вития РФ, 2010) и др.


Общепризнанными и традицион­ными являются для нас системно-дея­тельностный подход, развиваемый в трудах основателей факультета А.Н. Ле­онтьева, А.Р. Лурии, Д.Б. Эльконина, П.Я. Гальперина, Б.В. Зейгарник и др., принципы отражения, деятельности, единства сознания и деятельности, детерминизма, развития, формирова­ния, системности. Развитие деятель­ностного подхода — одно из ведущих направлений развития университетс­кой психологии. Историко-эволюци­онный подход в психологии (академик РАО А.Г. Асмолов) стал классическим в раскрытии психологии личности. Деятельностная теория учения пред­ставлена в трудах академика РАО проф. Н.Ф. Талызиной. Теория кау­зальной атрибуции и социального по­знания разрабатывается академиком РАО проф. Г.М. Андреевой. Современ­ные методы нейропсихологического восстановления высших психических функций представлены в работах чл.- корр. РАО, проф. Л.С. Цветковой.


Путь развития психологии идет через интеграцию знаний. Систем­ность психологических знаний про­слеживается во всех научно-исследо­вательских направлениях, представ­ленных на факультете психологии МГУ имени М.В. Ломоносова: гума­нистические идеи деятельностного подхода актуализированы во взглядах чл.-корр. РАО Б.С. Братуся; идеи это­го подхода к исследованию эмоцио­нально-волевых процессов развивают­ся в трудах чл.-корр. РАО В.А. Иван­никова. Необходимо назвать такие направления, как изучение индивиду­альных систем значений в психосе­мантике (чл.-корр. РАН В.Ф. Петрен­ко), школа истории психологии под руководством чл.-корр. РАО, проф. А.Н. Ждан (В.В. Умрихин, Е.Е. Со­колова), векторная психофизиология (проф. Ч.А.Измайлов, проф. А.М. Чер- норизов), теория малых групп (акаде­мик РАО проф. А.И. Донцов), этноп­сихология (проф.Т.Г. Стефаненко), актуальные проблемы психогенетики (чл.-корр. РАО М.С. Егорова), функ­циональные системы в нейропсихоло­гии, клинической психологии, психо­логии труда (проф. Т.В. Ахутина, проф. Н.Н. Данилова, проф. А.Б. Лео­нова), психология телесности (проф. А.Ш. Тхостов), инженерная психоло­гия (проф. Ю.К. Стрелков), системное изучение профессиоведения (акад. РАО Е.А. Климов и его ученики), структурно-интегративный подход в исследовании человека в разных тру­довых ситуациях (проф. А.Б. Леоно­ва), психология межэтнической на­пряженности (чл.-корр. РАО проф. Г.У. Солдатова). На кафедре возраст­ной психологии создана структурно­динамическая модель социальной си­туации развития в целостном един­стве и взаимосвязях ее компонентов на макро- и микроуровнях (проф. О.А. Карабанова, проф. А.И. По­дольский). Методологические пробле­мы психологии и их внедрение в образовательный процесс в высшей школе (проф. С.Д. Смирнов, проф. Т. В. Кор­нилова) являются сегодня важнейши­ми в ряду разработки фундаменталь­ных знаний на факультете психологии. Ведется разработка методологических проблем на материале психологии бе­зопасности, противодействия экстре­мизму и терроризму, психологических аспектов новых информационных тех­нологий, виртуальной реальности как инновационного инструмента психо­логического исследования, создание и внедрение новых качественных и ко­личественных методов в психологии (чл.-корр. РАО проф. Ю.П. Зинченко и сотрудники).


Необходимо отметить, что новые технологии становятся важным инст­рументом в получении новых знаний о человеке. Экспериментальные пси­хологические исследования становят­ся все более оснащенными. Во многих экспериментальных лабораториях по­являются новые приборы, сделанные на базе современных научных техно­логий, благодаря которым изучение психических процессов и характерис­тик наполняется новым содержанием. Среди таких технологий необходимо назвать технологии детекции скрыва­емых знаний, биологической обрат­ной связи, новейшие медико-биоло­гические методы (функциональная магнитно-резонансная томография, ЭЭГ, ЭКГ и т. д.). Их развитие помо­жет концептуально пересмотреть дан­ные о когнитивных процессах челове­ка: мышлении, восприятии, внима­нии, — более полно и глубоко раскрыть творческий потенциал личности. Одна из таких технологий — это сравнитель­но молодая технология виртуальной реальности, которая начинает актив­но применяться в психологических исследованиях и в психологической практике. Специалисты разных под­разделений факультета психологии МГУ объединились для создания вир­туальных сред и апробации их возмож­ностей для решения проблем в облас­ти когнитивной психологии, психоло­гии безопасности, психофизиологии, психологии спорта, а также инноваци­онного образования, психологии обучения, организационной психологии.


На факультете психологии создан современный научно-образователь­ный центр «Инновационные техноло­гии в фундаментальной и прикладной психологии», оснащенный комплек­сом психофизиологического оборудо­вания и системой виртуальной реаль­ности, связанный с кластерами супер­компьютера «Ломоносов».


Виртуальная реальность становит­ся новым эффективным методом ис­следования в психологии и, возмож­но, внесет свои коррективы в катего­риальный аппарат психологической науки. В то же время, существуют определенные трудности применения этой технологии в психологических исследованиях. Этому есть несколько причин; одной из наиболее важных является, в соответствии с требовани­ем междисциплинарного подхода, организация совместных усилий спе­циалистов самых разных дисциплин: математиков, программистов, психо­логов, физиологов, физиков, медицинских работников и т. д.


Назрела необходимость разработ­ки и освоения новых математических методов, позволяющих проводить ка­чественный и количественный анализ полученных результатов исследова­ний. Кроме того, необходимо разви­вать исследования, касающиеся таких важных вопросов, как этические нор­мы, техническое оснащение и т. д. Од­ной из важнейших задач на данном этапе исследований является разра­ботка методологии использования тех­нологии виртуальной реальности для задач психологических исследований, образования и практики. Мы нахо­димся только в начале пути освоения этой уникальной технологии для науч­ных исследований, образования и нужд практики. Предстоит решать ряд вопросов, связанных с созданием бан­ка данных по психологическим исследованиям, проведенным при помощи технологии виртуальной реальности, с проблемой специфических «психоло­гических» сценариев для создания виртуальной среды, а также с разработкой этических и моральных норм для психологических исследований. Всякая инновация должна основы­ваться на традиции.


Выводы


Возникшие в современной фило­софской науке методологические ка­тегории, позволяющие различать типы научных подходов (классический, не­классический и пост-неклассический), являются перспективными для анали­за психологического знания в его ис­торико-эволюционном становлении и дальнейшем развитии. Использование критериев различения типов научных подходов позволяет системно рассмат­ривать различные теории и подходы в психологии.


Комплексное рассмотрение кате­гориальной матрицы методологичес­ких оснований психологического зна­ния в соответствии с типами научного знания, в свою очередь, способствует уточнению и развитию общенаучной картины мира.


Современное состояние психоло­гии как науки, дифференциация в ее системе новых направлений и тече­ний, появление новых технологий как инструмента психологического иссле­дования требует осмысления ее мето­дологических основ, уточнения ее ме­ста в системе наук, предмета и объек­тов исследования, инструментов и методов.


Презентация, сопровождавшая со­общение, размещена на видеоприложе­нии к журналу.