Loading...

This article is published under a Creative Commons license and not by the author of the article. So if you find any inaccuracies, you can correct them by updating the article.

Loading...
Loading...

Роль полиморфизмов генов глутаматци-стеинлигазы в развитии сахарного диабета 2 типа у жителей курской области Creative Commons

Link for citation this article

Юлия Эдуардовна Азарова,

Елена Юрьевна Клёсова,

Александр Иванович Конопля

Научные результаты биомедицинских исследований, Journal Year: 2018, Volume and Issue: №1, P. 39 - 52

Published: Jan. 1, 2018

Latest article update: Sept. 19, 2022

This article is published under the license

License
Link for citation this article Related Articles

Abstract

Глутаматцистеинлигаза (GCL) является первым ферментом синтеза глутатиона, внутри- и внеклеточного антиоксиданта, нарушение обмена которого играет важную роль в патогенезе сахарного диабета 2 типа (СД2). Проблема. Изучены связи полиморфизмов генов GCLC (-129 C>T, rs17883901) и GCLM (-588 C>T, rs41303970) с риском развития СД2 и про/антиоксидантным статусом жителей Курской области. Материалы и методы. В исследование были включены 700 больных СД2 (269 мужчин и 431 женщина) со средним возрастом 59,24±8,77 лет, находившихся на стационарном лечении в эндокринологическом отделении Курской Городской клинической больницы скорой медицинской помощи с ноября 2015 г по май 2017 г. Группу контроля составили 718 практически здоровых добровольцев (311 мужчин и 407 женщин) со средним возрастом 58,61±7,65 лет. Генотипирование полиморфизмов генов GCLC (-129 C>T, rs17883901) и GCLM (-588 C>T, rs41303970) было выполнено методом ПЦР в режиме реального времени с дискриминацией аллелей с помощью TaqMan зондов. Статистическую обработку полученных данных проводили с помощью онлайн программы SNPStats. Результаты. Частоты генотипов GCLC и GCLM между группами пациентов с СД2 и контроля не отличались (р>0,05). При раздельном сравнении больных СД2 мужчин и женщин со здоровыми лицами оказалось, что генотип Т/Т гена GCLC ассоциирован с повышенным риском развития заболевания исключительно в подгруппе мужчин (OR 1,65, 95%CI 1,05-2,61, p=0,03) и особенно среди курящих пациентов (OR 2,36, 95%CI 1,19-4,65, p=0,01); у них же обнаружено и более частое по сравнению со здоровыми носительство аллеля Т гена GCLC (OR 1,69, 95%CI 1,11-2,58, p=0,02), а также более высокое содержание окисленного глутатиона GSSG и перекиси водорода в плазме крови (р<0,05).
Выводы. Курение и носительство редкого аллеля Т гена GCLC (rs17883901) увеличивают риск развития СД2 у мужчин, что может способствовать формированию дисбаланса в про- и антиоксидантной системе.

Keywords

Однонуклеотидный полиморфизм, генетическая предрасположенность, GCLM, GCLC, сахарный диабет 2 типа



Введение. 


Сахарный диабет – это серьезное хроническое заболевание, которое развивается, когда поджелудочная железа не вырабатывает достаточно инсулина или когда организм не способен эффективно использовать выработанный им инсулин [4]. В настоящее время каждый одиннадцатый житель планеты страдает диабетом, что в общем составляет 425 млн человек, три четверти которых – это люди трудоспособного возраста [12]. По предварительным оценкам исследования NATION, в нашей стране более 6 млн. больных, подавляющее большинство которых имеют диабет 2 типа [2]. Помимо стремительных темпов роста заболеваемости СД2, его характерными особенностями являются тенденция к омоложению возраста дебюта, относительно поздняя диагностика заболевания в связи с длительным бессимптомным течением и полиморбидность, особенно в сочетании с сердечно-сосудистыми заболеваниями и ожирением [3]. К моменту диагностики СД 2 типа у половины пациентов уже присутствуют осложнения, приводящие к снижению качества жизни, ранней инвалидизации и преждевременной смерти. СД 2 типа – это ведущая причина потери зрения, нетравматических ампутаций и развития терминальных стадий почечной недостаточности [1].


Сахарный диабет 2 типа (СД2) входит в группу мультифакториальной патологии и развивается в результате сочетанного действия генетических и средовых факторов. Согласно базе данных GeneCards, 564 гена ассоциированы с различными фенотипами СД2, такими как дисфункция бета-клеток поджелудочной железы и инсулинорезистентность периферических тканей. В результате пятидесяти трех полногеномных исследований, установлено 720 однонуклеотидных вариантов, ассоциированных с заболеванием. Тем не менее, эта информация не дает полного представления о функциональной значимости обнаруженных полиморфизмов и их вклада в формирование того отрицательного метаболического фундамента, на фоне которого происходит манифестация заболевания.


Очень важным и широко обсуждаемым в литературе звеном патогенеза СД2 является нарушение работы антиоксидантной системы, главным представителем которой как внутри, так и вне клеток служит трипептид гамма-глутамилцистеинилглицин, или глутатион. Первым и единственным регуляторным ферментом глутатионового цикла выступает глутаматцистеинлигаза, состоящая из двух субъединиц – каталитической (GCLC) и модифицирующей (GCLM). Гены, кодирующие эти белки, полиморфны и вовлечены в патогенез таких заболеваний, как инфаркт миокарда и бронхиальная астма. Данные о возможном вкладе этих генов в развитии СД2 отсутствуют.


Целью настоящего исследования стало изучение связи полиморфизмов генов GCLC (-129 C>T, rs17883901) и GCLM (-588 C>T, rs41303970) с риском развития СД2 и про/антиоксидантным статусом жителей Курской области.


Материал и методы.


На основе письменного информированного согласия в исследование включено 700 больных СД2 (269 мужчин и 431 женщина со средним возрастом 59,24±8,77 лет), получавших стационарное лечение в эндокринологическом отделении Курской городской клинической больницы скорой медицинской помощи с ноября 2015 по май 2017 года. Группу контроля составили 718 практически здоровых добровольцев (311 мужчин и 407 женщин со средним возрастом 58,61±7,65 лет). Диагноз СД2 устанавливался на основании обнаружения гипергликемии ≥7,1 ммоль/л натощак, или гипергликемии ≥11,1 ммоль/л в любое время суток независимо от приема пищи, и/или уровня гликированного гемоглобина ≥6,5% [4]. Лица контрольной группы имели нормальные показатели углеводного обмена. Все обследованные были уроженцами преимущественно Курской области и были неродственны друг другу. Протокол исследования был одобрен Региональным этическим комитетом при Курском государственном медицинском университете.


У всех обследуемых производили забор 6 мл венозной крови натощак в вакуумные пробирки с ЭДТА. Геномную ДНК выделяли стандартным методом фенольно-хлороформной экстракции [14]. Генотипирование полиморфизмов генов GCLC и GCLM проводили с помощью полимеразно-цепной реакции в режиме реального времени с дискриминацией аллелей TaqMan зондами согласно протоколам, описанным в литературе [9, 11].


Для биохимических исследований, 6 мл венозной крови забирали в вакуумные пробирки с гепарином лития в качестве антикоагулянта и сразу же центрифугировали 10 минут при 3500 об./мин. с охлаждением до 4˚С. Плазму для детекции перекиси водорода аликвотировали по 200 мкл и замораживали при -80˚С. Плазму для определения содержания глутатиона предварительно депротеинизировали ледяным раствором 5%-ой метафосфорной кислоты и центрифугировали 10 минут при 12000 об./мин. Надосадочную жидкость аликвотировали по 100 мкл и замораживали при -80˚С. Непосредственно перед анализом образцы разбавляли десятикратно для снижения концентрации метафосфорной кислоты до 0,5%. Концентрацию H2O2 измеряли флуориметрическим методом с использованием набора реагентов ROS/RNS OxiSelect CellBiolabs. Уровень GSSG оценивали колориметрически с помощью набора Total Glutathione CellBiolabs. Абсорбцию и флуоресценцию измеряли на микропланшетном ридере Varioscan Flash (Thermo Fisher Scientific).


Статистическую обработку полученных данных проводили с помощью онлайн программы SNPStats. Различия рассматривали как значимые при р≤0,05. Поправку на множественное тестирование вводили с использованием онлайн софта FDR Calculator при уровне значимости Q≤0,2 [6].


Результаты и обсуждение. 


В таблице 1 приведены данные по сравнительному анализу частот генотипов и аллелей изучаемых генов у больных СД2 и здоровых лиц. Частоты генотипов GCLC и GСLM между группами пациентов с СД2 и контроля не отличались (р>0,05). При раздельном сравнении больных мужчин и женщин с контролем было выявлено, что генотипы С/Т и Т/Т гена GCLC ассоциированы с повышенным риском развития заболевания только в подгруппе мужчин (OR 1,65, 95CI 1,05-2,61, p=0,03) с учетом коррекции по полу, возрасту и индексу массы тела; также в группе больных СД2 мужчин обнаружено и более частое (10,4%) по сравнению со здоровыми (6,4%) носительство редкого аллеля Т гена GCLC (OR 1,69, 95CI 1,11-2,58, p=0,02).



Таблица 1



Сравнительный анализ частот генотипов и аллелей изучаемых генов


Table 1


Comparative analysis of frequencies of the studied gene genotypes and alleles























































































































































































































































































































































Ген



Генотип/


аллель



Группа
 больных



Контрольная группа



P



Q



OR



CI для OR



n



%



n



%



Общие выборки



GCLC,


-129 C>T


(rs17883901)



C/C



596



85,1



580



86,6



0,43



0,56



1,00



-



C/T



93



13,3



84



12,5



1,09



0,79-1,50



T/T



11



1,6



6



0,9



1,84



0,67-5,02



C/T+T/T



104



14,9



90



13,4



0,40



0,56



1,14



0,84-1,55



T



-



8,2



-



7,2



0,34



0,56



1,16



0,87-1,54



GCLM,


-588 C>T


(rs41303970)



C/C



477



68,3



442



66,3



0,12



0,39



1,00



-



C/T



193



27,6



182



27,3



0,98



0,77-1,25



T/T



28



4,0



43



6,4



0,60



0,36-0,98



C/T+T/T



221



31,7



225



33,7



0,39



0,56



0,91



0,72-1,14



T



-



17,8



-



20,1



0,13



0,39



0,86



0,71-1,05



Мужчины



GCLC,


-129 C>T


(rs17883901)



C/C



218



81



268



87,6



0,07



0,36



1,00



-



C/T



46



17,1



36



11,8



1,57



0,98-2,52



T/T



5



1,9



2



0,6



3,08



0,59-16,03



C/T+T/T



51



19,0



38



12,4



0,03



0,27



1,65



1,05-2,61



T



-



10,4



-



6,4



0,02



0,27



1,69



1,11-2,58



GCLM,


-588 C>T


(rs41303970)



C/C



180



66,9



204



67,3



0,50



0,56



1,00



-



C/T



79



29,4



82



27,1



1,09



0,76-1,58



T/T



10



3,7



17



5,6



0,67



0,30-1,49



C/T+T/T



89



33,1



99



32,7



0,92



0,92



1,02



0,72-1,45



T



-



18,4



-



19,0



0,80



0,85



0,96



0,71-1,29



Женщины



GCLC,


-129 C>T


(rs17883901)



C/C



378



87,7



312



85,7



0,50



0,56



1,00



-



C/T



47



10,9



48



13,2



0,79



0,51-1,22



T/T



6



1,4



4



1,1



1,33



0,37-4,80



C/T+T/T



53



12,3



52



14,3



0,38



0,56



0,83



0,55-1,25



T



-



6,8



-



7,8



0,47



0,56



0,87



0,59-1,27



GCLM,


-588 C>T


(rs41303970)



C/C



297



69,2



238



65,4



0,16



0,41



1,00



-



C/T



114



26,6



100



27,5



0,90



0,65-1,24



T/T



18



4,2



26



7,1



0,55



0,30-1,04



C/T+T/T



132



30,8



126



34,6



0,22



0,50



0,83



0,61-1,12



T



-



17,5



-



21,0



0,08



0,36



0,80



0,62-1,02



 



Учитывая мультифакториальную природу СД2, нам представлялось важным оценить вклад курения как фактора риска в предрасположенность к развитию заболевания. Оказалось, что ассоциация генотипов С/Т и Т/Т гена GCLC с риском развития СД2 есть только в подгруппе больных диабетом курящих мужчин (OR 2,36, 95CI 1,19-4,65, p=0,01, таблица 2) и отсутствует у некурящих (таблица 3). Эта ассоциация осталась значимой и после поправки на множественное тестирование (Q=0,12).



Таблица 2



Сравнительный анализ частот генотипов изучаемых генов среди курящих


Table 2


Comparative analysis of frequencies of the studied gene genotypes
and alleles in smokers























































































































































































































































































Ген



Генотип/аллель



Группа
больных



Контрольная группа



P



Q



OR



CI для OR



n



%



n



%



Все курящие



GCLC,


-129 C>T
(rs17883901)



C/C



198



81,5



194



87,4



0,15



0,45



1,00



-



C/T



39



16,1



26



11,7



1,52



0,88-2,60



T/T



6



2,5



2



0,9



2,78



0,55-14,10



C/T+T/T



45



18,5



28



12,6



0,068



0,27



1,61



0,96-2,70



GCLM,


-588 C>T


(rs41303970)



C/C



162



66,9



148



67,3



0,31



0,62



1,00



-



C/T



72



29,8



58



26,4



1,17



0,77-1,78



T/T



8



3,3



14



6,4



0,57



0,23-1,42



C/T+T/T



80



33,1



72



32,7



0,78



0,85



1,06



0,71-1,57



Курящие мужчины



GCLC,


-129 C>T


(rs17883901)



C/C



148



80,9



130



90,9



0,03



0,18



1,00



-



C/T



30



16,4



12



8,4



2,19



1,08-4,45



T/T



5



2,7



1



0,7



4,36



0,50-37,83



C/T+T/T



35



19,1



13



9,1



0,01



0,12



2,36



1,19-4,65



GCLM,


-588 C>T


(rs41303970)



C/C



122



66,7



99



70,2



0,71



0,85



1,00



-



C/T



55



30,1



37



26,2



1,23



0,74-2,02



T/T



6



3,3



5



3,5



0,96



0,27-3,23



C/T+T/T



61



33,3



42



29,8



0,47



0,81



0,19



0,74-1,92



Курящие женщины



GCLC,


-129 C>T


(rs17883901)



C/C



50



83,3



64



81



0,88



0,88



1,00



 



C/T



9



15



14



17,7



0,79



0,31-2,00



T/T



1



1,7



1



1,3



0,88



0,05-15,38



C/T+T/T



10



16,7



15



19



0,62



0,82



0,80



0,33-1,96



GCLM,


-588 C>T


(rs41303970)



C/C



40



67,8



49



62



0,22



0,53



1,00



 



C/T



17



28,8



21



26,6



1,03



0,48-2,22



T/T



2



3,4



9



11,4



0,28



0,06-1,40



C/T+T/T



19



32,2



30



38



0,56



0,83



0,81



0,39-1,65



 

Таблица 3


Сравнительный анализ частот генотипов изучаемых генов среди некурящих


Table 3


Comparative analysis of frequencies of the studied gene genotypes
and alleles in non-smokers























































































































































































































































































Ген



Генотип/


аллель



Группа больных



Контрольная группа



P



Q



OR



CI для OR



n



%



n



%



Все некурящие



GCLC,


-129 C>T


(rs17883901)



C/C



398



87,1



386



86,2



0,96



0,96



1,00



-



C/T



54



11,8



58



12,9



0,95



0,63-1,43



T/T



5



1,1



4



0,9



1,07



0,28-4,11



C/T+T/T



59



12,9



62



13,8



0,83



0,91



0,96



0,65-1,42



GCLM,


-588 C>T


(rs41303970)



C/C



315



69,1



294



65,8



0,4



0,86


 



1,00



-



C/T



121



26,5



124



27,7



0,92



0,68-1,24



T/T



20



4,4



29



6,5



0,67



0,37-1,23



C/T+T/T



141



30,9



153



34,2



0,35



0,86



0,87



0,65-1,16



Некурящие мужчины



GCLC,


-129 C>T


(rs17883901)



C/C



70



81,4



143



85,1



0,47



0,86


 



1,00



-



C/T



16



18,6



24



14,3



1,35



0,68-2,71



T/T



0



0



1



0,6



0



-



C/T+T/T



16



18,6



25



14,9



0,46



0,86



1,30



0,65-2,59



GCLM,


-588 C>T


(rs41303970)



C/C



58



67,4



109



65,3



0,73



0,91



1,00



-



C/T



24



27,9



46



27,5



1,00



0,56-1,81



T/T



4



4,7



12



7,2



0,63



0,19-2,05



C/T+T/T



28



32,6



58



34,7



0,78



0,91



0,93



0,53-1,61



Некурящие женщины



GCLC,


-129 C>T


(rs17883901)



C/C



328



88,4



243



86,8



0,6



0,90



1,00



 



C/T



38



10,2



34



12,1



0,79



0,48-1,30



T/T



5



1,4



3



1,1



1.28



0,30-5,42



C/T+T/T



43



11,6



37



13,2



0,43



0,86



0,83



0,52-1,33



GCLM,


-588 C>T


(rs41303970)



C/C



257



69,5



185



66,1



0,5



0,86



1,00



-



C/T



97



26,2



78



27,9



0,88



0,62-1,26



T/T



16



4,3



17



6,1



0,69



0,34-1,40



C/T+T/T



113



30,5



95



33,9



0,33



0,86



0,85



0,61-1,18



 

Анализ биохимических показателей редокс-статуса обследуемых показал, что уровни перекиси водорода и окисленного глутатиона значимо выше в группе пациентов с СД2 (р=0,024 и 0,004, соответственно) по сравнению с контролем (таблица 4). Это же характерно и для подгруппы больных СД2 мужчин. Стратификационный анализ концентрации H2O2 и GSSG по курению выявил значимо более высокие уровни
этих показателей у всех курящих в общем и курящих мужчин в частности (таблица 5); в группе некурящих различий по содержанию H2O2 и GSSG обнаружено не было (таблица 6).



Таблица 4



Концентрации H2O2 и GSSG в плазме больных СД2 и здоровых лиц


Table 4


H2O2 and GSSG plasma levels in T2D patients and healthy subjects





























































































Группа больных



Контрольная группа



Параметр,


мкмоль/л



Ср.±ст.ош.



n



Ср.±ст.ош.



n



P


 



Q


 



Общая выборка



 H2O2



3,23±1,35



214



2,76±1,21



50



0,024



0,036



GSSG



2,28±1,69



208



1,45±1,43



40



0,004



0,012



Мужчины



H2O2



3,12±1,15



68



2,27±1,07



20



0,004



0,012



GSSG



2,41±1,71



67



1,16±0,92



15



0,008



0,016



Женщины



H2O2



3,28±1,43



146



3,08±1,20



30



0,48



0,48



GSSG



2,23±1,68



141



1,62±1,66



25



0,10



0,12


         

 

 


Таблица 5


Концентрации H2O2 и GSSG в плазме курящих больных СД2 и здоровых лиц


Table 5


H2O2 and GSSG plasma levels in T2D patients-smokers and healthy subjects






























































































Группа больных



Контрольная группа



Параметр,


мкмоль/л



Ср.±ст.ош.



n



Ср.±ст.ош.



n



P


 



Q


 



Все курящие



H2O2



3,23±1,14



62



2,51±1,20



15



0,03



0,06



GSSG



2,24±1,73



60



0,92±0,98



11



0,007



0,04



Курящие мужчины



H2O2



3,17±1,05



42



2,36±1,03



11



0,03



0,06



GSSG



2,41±1,71



39



1,03±1,25



7



0,049



0,57



Курящие женщины



H2O2



3,36±1,31



20



2,93±1,71



4



0,57



0,57



GSSG



2,44±1,81



21



0,73±0,11



4



0,08



0,12


          

 

Таблица 6


Концентрации H2O2 и GSSG в плазме некурящих больных СД2 и здоровых лиц


Table 6


H2O2 and GSSG plasma levels in T2D patients non-smokers and healthy subjects






























































































Группа больных



Контрольная группа



Параметр,


мкмоль/л



Ср.±ст.ош.



n



Ср.±ст.ош.



n



P


 



Q


 



Все некурящие



H2O2



3,23±1,43



152



2,86±1,22



35



0,16



0.24



GSSG



2,23±1,67



148



1,64±1,54



29



0,08



0,16



Некурящие мужчины



H2O2



3,04±1,32



26



2,15±1,19



9



0,08



0,16



GSSG



2,40±1,75



28



1,27±0,56



8



0,08



0,16



Некурящие женщины



H2O2



3,27±1,46



126



3,11±1,15



26



0,60



0,60



GSSG



2,19±1,66



120



1,78±1,77



21



0,31



0,37


          

 


Результаты нашего исследования впервые наглядно демонстрируют значимую ассоциацию генотипа Т/Т гена GCLC с повышенным риском развития СД2 у мужчин. Эта ассоциация обнаружена и в подгруппе курящих мужчин, больных СД2. Уровень окисленного глутатиона нами был использован как маркер прооксидантной составляющей редокс-статуса обследуемых лиц.


Роль полиморфизмов GCLC и GCLM в патогенезе СД2 связана со снижением активности промоторов изучаемых генов у носителей аллелей Т по сравнению с носителями диких аллелей С при воздействии активных форм кислорода, что было убедительно показано в работах японских исследовательских групп [13, 15]. Снижение экспрессии регуляторного фермента глутаматцистеинлигазы приводит к снижению синтеза глутатиона, способствуя формированию окислительного стресса и, как следствие, повышению чувствительности клеток к различным повреждающим факторам, таким как свободные радикалы, перекисные соединения и токсичные компоненты табачного дыма. Бета-клетки островков Лангерганса поджелудочной железы более других страдают в этих условиях ввиду исходно низкого содержания антиоксидантов [20]. Накопление активных форм кислорода оказывает ингибирующее влияние на экспрессию гена инсулина путем репрессии двух ключевых транскрипционных факторов, Maf A и PDX-1, [8, 10] а также запускает апоптоз путем активации киназ ASK-1 и JNK
[17, 19, 21]. Усиление апоптоза приводит к необратимому снижению массы функционирующих β-клеток [22] и нарастанию хронической гипергликемии, классического диагностического признака СД2. 


Важным дополнительным по отношению к описанным выше механизмом  действия свободнорадикальных соединений является активация экспрессии эндотелина I и ангиотензина II, которые связываются с рецепторами протеинкиназы С, увеличивая таким образом фосфорилирование сериновых и треониновых остатков β-субъединиц инсулинового рецептора  с последующим торможением фосфорилирования тирозиновых остатков субстрата инсулинового рецептора 1 (СИР-1) и угнетением ферментативной активности фосфатидилинозитол-3-киназы, продуцирующей фосфатидилинозитолтрисфосфат [7]. В результате отсутствия этого вторичного посредника рецепции инсулина, первичные эффекты действия гормона (активация глюкозных транспортеров ГЛЮТ и дефосфорилирование ключевых ферментов межуточного обмена) на пострецепторном уровне не реализуются, что приводит к развитию феномена инсулинорезистентности периферических тканей, ограничению потребления глюкозы скелетными миоцитами и адипоцитами и усугублению гипергликемии.


Выявленная нами ассоциация генотипа Т/Т гена GCLC с предрасположенностью к СД2 в подгруппе мужчин была установлена у курящих больных и отсутствовала у некурящих пациентов. Аналогичным образом вели себя и биохимические показатели редокс-статуса обследуемых: окисленный глутатион и перекись водорода были значимо повышены в группе больных СД2 мужчин и подгруппе больных мужчин-курильщиков. Следует отметить, что доля курящих среди мужчин составила 75,3%, а среди женщин – 8,9%. Курение является известным фактором риска развития СД2 [5] из-за стимуляции генерации чрезвычайно реакционноспособных радикалов и прямого токсического действия на клетки поджелудочной железы и другие ткани, метаболические нарушения которых патогенетически связаны с заболеванием [18]. Повышение концентрации активных форм кислорода при СД2 было установлено и в других исследованиях [16, 23], но ни в одном из них не проводился анализ их содержания раздельно у мужчин и женщин.


Выводы



  1. Полиморфный локус гена GCLC (rs17883901) ассоциирован с повышенным риском развития СД2 у мужчин Курской области.

  2. Редокс статус больных СД2 мужчин характеризуется повышенным содержанием перекиси водорода H2O2 в плазме крови и накоплением димера окисленного глутатиона GSSG.

  3. Курение и носительство редкого аллеля Т гена GCLC (rs17883901) увеличивают риск развития СД2 у мужчин и способствуют формированию дисбаланса в про- и антиоксидантной системе.




Список литературы



  1. Аметов А.С., Соловьева О.Л. Окислительный стресс при сахарном диабете 2-го типа и пути его коррекции // Проблемы эндокринологии. 2011. Т. 57, № 6. С. 52-56.

  2. Дедов И.И., Шестакова М.В., Галстян Г.Р. Распространенность сахарного диабета 2 типа у взрослого населения России (исследование NATION) // Сахарный диабет. 2016. Т. 19, № 2. С. 104-112.

  3. Инициация и интенсификация сахароснижающей терапии у больных сахарным диабетом 2 типа: обновление консенсуса совета экспертов Российской ассоциации эндокринологов (2015 г.) / И.И. Дедов, М.В. Шестакова, А.С. Аметов, М.Б. Анциферов, Г.Р. Галстян, А.Ю. Майоров, А.М. Мкртумян, Н.А. Петунина, О.Ю. Сухарева // Сахарный диабет. 2015. Т. 18, №. 1. С. 5-23.

  4. Alberti K.G.M.M., Zimmet P.F. Definition, diagnosis and classification of diabetes mellitus and its complications. Part 1: diagnosis and classification of diabetes mellitus. Provisional report of a WHO consultation // Diabetic medicine. 1998. 15(7). Pp. 539-553.

  5. American Diabetes Association. Smoking and diabetes // Diabetes Care. 2003. 26(1). Pp. 89-91.

  6. Benjamini Y., Hochberg Y. Controlling the false discovery rate: a practical and powerful approach to multiple testing // Journal of the royal statistical society. Series B (Methodological). 1995. Pp. 289-300.

  7. Chang Y.C., Chuang L.M. The role of oxidative stress in the pathogenesis of type 2 diabetes: from molecular mechanism to Clinical implication // Am J Transl Res. 2010. 2(3). Pp. 316-331.

  8. Guo S., Dai C., Guo M. Inactivation of specific в cell transcription factors in type 2 diabetes // The Journal of clinical investigation. 2013. 123(8). Pp. 3305-3316.

  9. Hanzawa R., Ohnuma T., Nagai Y., Shibata N., Maeshima H., Baba H., Arai H. No association between glutathione‐synthesis‐related genes and Japanese schizophrenia // Psychiatry and clinical neurosciences. 2011. 65(1). Pp. 39-46.

  10. Harmon J.S., Stein R., Robertson R.P. Oxidative stress-mediated, post- translational loss of MafA protein as a contributing mechanism to loss of insulin gene expression in glucotoxic beta cells // J Biol Chem. 2005. 280. Pp. 11107-11113.

  11. Hashemi M., Hoseini H., Yaghmaei P., Moazeni-Roodi A., Bahari A., Hashemzehi, N., Shafieipour S. Association of polymorphisms in glutamate-cysteine ligase catalytic subunit and microsomal triglyceride transfer protein genes with nonalcoholic fatty liver disease // DNA and cell biology. 2011. 30(8). Pp. 569-575.

  12. International Diabetes Federation. IDF Diabetes Atlas 8th Edition Brussels, Belgium. idf.org. 2017. Pp. 1-4.

  13. Koide S.I., Kugiyama K., Sugiyama S., Nakamura S.I., Fukushima H., Honda O., Ogawa H. Association of polymorphism in glutamate-cysteine ligase catalytic subunit gene with coronary vasomotor dysfunction and myocardial infarction // Journal of the American College of Cardiology. 2003. 41(4). Pp. 539-545.

  14. Maniatis T. Molecular cloning // A Laboratory Manual, 1982.

  15. Nakamura S.I., Kugiyama K., Sugiyama S., Miyamoto S., Koide S.I., Fukushima H., Ogawa H. Polymorphism in the 5′-flanking region of human glutamate-cysteine ligase modifier subunit gene is associated with myocardial infarction // Circulation. 2002. 105(25). Pp. 2968-2973.

  16. Nourooz-Zadeh J., Tajaddini-Sarmadi J., McCarthy S., Betteridge D.J., Wolff S.P. Elevated levels of authentic plasma hydroperoxides in NIDDM // Diabetes. 1995. 44. Pp. 1054-1058.

  17. Palit S., Kar S., Sharma G., Das P.K. Hesperetin induces apoptosis in breast carcinoma by triggering accumulation of ROS and activation of ASK1/JNK pathway // Journal of cellular physiology. 2015. 230(8). Pp. 1729-1739.

  18. Pan A., Wang Y., Talaei M., Hu F.B., Wu T. Relation of active, passive, and quitting smoking with incident type 2 diabetes: a systematic review and meta-analysis // The lancet Diabetes & endocrinology. 2015. 3(12). Pp. 958-967.

  19. Shiizaki S., Naguro I., Ichijo H. Activation mechanisms of ASK1 in response to various stresses and its significance in intracellular signaling // Advances in biological regulation. 2013. 53(1). Pp. 135-144.

  20. Tiedge M., Lortz S., Drinkgern J. Relation between antioxidant enzyme gene expression and antioxidant defense status of insulin-producing cells // Diabetes. 1997. 46(11). Pp. 1733-1742.

  21. Watanabe T., Sekine S., Naguro I., Sekine Y., Ichijo H. Apoptosis signal-regulating kinase 1 (ASK1)-p38 pathway-dependent cytoplasmic translocation of the orphan nuclear receptor NR4A2 is required for oxidative stress-induced necrosis // Journal of Biological Chemistry. 2015. 290(17). Pp. 10791-10803.

  22. Wright E., Scism-Bacon J.L., Glass L.C. Oxidative stress in type 2 diabetes: the role of fasting and postprandial glycaemia // Int. J. Clin. Pract. 2006. 60(3). Pp. 308-314.

  23. Yoshida K., Hirokawa J., Tagami S., Kawakami Y., Urata Y., Kondo T. Weakened cellular scavenging activity against oxidative stress in diabetes mellitus: regulation of glutathione synthesis and efflux // Diabetologia. 1995. 38. Pp. 201-210.